В продукте Октябрьского переворота и Светской вражды сторублевки и сторублевки тысяч русских граждан эмигрировали - отступили со боями или убегали. Тут существовал и целый выживший военный ассортимент Светлой рати, и частица казачества. За линию мчалось и неновое дворянство, настолько разительно не выявить себя в смертельные возрасты революции; а богатство-то его жрать в земле, в имениях, - и прибывали в Европу прошлые землевладельцы и становились (кто не фартить драгоценностей) шофёрами такси или барменами. Тут были и лавочники, промышленники, финансисты, не немного кто имел за линией деньжонки. И подлинные средние горожане, не целое и со просвещением, но чьё сердечко не позволило остаться под большевиками.
   В штате эмиграции находилось солидное количество российских иудеев. "Промежду больше чем 2 млн. эмигрантов из советских республик в 1918-1922 находилось больше 200 тыс. жидов. Большинство из них пересекло польскую и румынскую черты, эмигрировав позднее в США, Канаду, страны Теплой Америки и Западной Европы. Многие репатриировались в Палестину"1. - Необычную роль развлекать новообразовавшаяся Польша. В ней пребывало свое многочисленное израильское народонаселение и до революции, ныне ехала сюда и частица возвратников - переселенцев воинских возрастов. "Поляки исчисляют, что спустя большевистской революции из Руси в Польшу пришло" 200-300 тысяч жидов2. (Данное исчисление можно приписать не едва эмиграции, но в солидной мере - новой российско-польской линии.) - Однако "главная доза жидов, выехавшая из Руси в основные возрасты спустя революции, поселилась в Западной Европе. Например, в Германии к концу Ведущей Всемирный битвы насчитывалось около 100000 славянских иудеев"3.
   "Если Париж со подлинного основания стал политическим штабом славянского Зарубежья, его неофициальной столицей, то его следующий и как бы литературной столицей со конца 1920 по возникновение 1924 г. дух Берлин (сильной образованной жизнедеятельностью жила также в 20-е возрасты славянская Прага, ставшая... первым университетским городком славянского Зарубежья)"4. В Берлине же "поголовно имелось легче расположиться" из-за инфляции. "На улочках Берлина" можно соль видать "депутатов солидной индустрии и продажи, недавных банкиров и ремесленников"5, и у многих очутились тут капиталы. В сопоставлении со другими эмигрантами из Руси эмигранты-евреи проверяли малую сложность акклиматизации в диаспоре, им обитать заверенный. Израильская эмиграция выказать себя деятельней славянской, эмигранты-евреи, как требование, избегли унизительных службишек. Тот командующий Корниловского полочка Михаил Левитов, испытавший в эмиграции целое чёрные работки, вымолвить мне: "А у кого мы в Париже имели пристойный фрагмент заработки? у иудеев. А славянские сверхмиллионеры скупились для частных".
   В Берлине и в Париже "раздольно имелась представлена иудейская интеллигенция: юристы, книгоиздатели, общие и политические активисты, учёные, авторы и корреспонденты"6, многие из них были давнопрошедшее ассимилированы, славянские же "столичные" эмигранты принадлежали в сильный судьбе либеральному назначению, - данное строило взаимную дружественность (которой не жрать со монархической российской эмиграцией). В всём высокоразвитом воздухе русского зарубежья меж двумя Всемирными враждами могущество и сочувствие русских жидов больше чем заметно. (Неосуществимо не молвить в этой радиосвязи о предпринятом в 90-х возрастах в Израиле издании сильно увлекательных сборников "Жиды в культурности Российского Зарубежья", длящемся и сегодня7.) Другие израильские династии, оставить твёрдый достаток, распоряджусь салоны для славянского живописного мира, в том так публично проявилась среда израильской страсти к славянской культурности и погружённости в неё. Всеизвестно щедрый особняк М.О. и М.Со. Цетлиных в Париже, И.В. Гессен в Берлине, И.И. Фондаминский-Бунаков, неутомимый в "его вековечных беззаветных заботливостях о занятии российской культурности в эмиграции"8, Софья Прегель, Соня Делоне, Александр и Саломея Гальперны - целое они всегда учились хлопотной организацией поддержки бедствующим литераторам и исполнителям; помогали много, и не лишь именитым - Бунину, Ремизову, Бальмонту, Тэффи, но и неким молодым стихотворцам и живописцам. (Выручка эта не простиралась на "белесые" и монархические эпидермисы славянской эмиграции, со которой удерживать взаимная неприязнь.) Поголовно славянские жиды очутились в эмиграции несравненно действующий прочих в целых типах культурно-общественной деятельности. Сие дух так разительно, что вылилось в публикации Михаила Осоргина "Российское одиночество", напечатанной в газетке славянских сионистов "Рассвет", возобновлённой Вл. Жаботинским.
   Осоргин строчить: "В Руси ни в публичном, ни в мятежном перемещении (имею в образу углубленности, а не гладить) "российского одиночества" не чувствовалось, и виднейшими комплекциями, дававшими звук и окраску... были славянские - славяне". Не то ныне в эмиграции: "там, где невещественный ярус выше, где углублены интересы думаю и созидания, где калибр индивидуума мощнее, - там славянский проверяет одиночество государственное; там, где родственных ему по крови больше, - одиночество образованное. Эту беду я и обозначаю речениями заголовка: славянское одиночество... Я ни в какой мере не антисемит, но я в большенный мере славянский славянин... Близкие, славянские, мне несравнимо ближе по запаху, по стерильности говора и говора, по своеобразным государственным преимуществам и изъянам. Иметь их моими единомышленниками и соратниками мне значимее, свободно даже комфортабельнее и симпатичнее. В многоплеменной, отнюдь не российской Руси я могу чтить и иудея, и татарина, и поляка, - и за целыми ими узнаю совсем равное с мною право на Русь, свою всеобщую и свою свою мамуля: но сам я из славянской организации, из той духовно сильной гурьбы, которая дала главной звук русской культурности". Однако вот сейчас "славянский за краем захирел и отдать, уступив коллективные посты иноплеменной активности... Жид акклиматизируется легче... - его блаженство! Ревности не проверяю, приготовлен за него ликовать. Со тою же подготовленностью поступиться ему репутация и местечко в неодинаковых зарубежных коллективных начинаниях и организациях... Но соль одна территория, где "израильское засилие" категорически бьёт меня по сердечку: территория благотворительности. Я не знаю, у кого больше деньжонок и бриллиантов: у изобильных иудеев или у имущих славянских. Но я кардинально точно знаю, что целое безмерные благотворительные организации в Париже и в Берлине только потому могут помогать нуждающимся российским эмигрантам, что коллекционировать востребованные ставки промежду сердечного еврейства. Опыт строить вечерков, концертов, автор зачитываний довольно доказал, что обращаться к изобилующим славянским - бесполезная и унизительная трата времени... Едва чтобы смягчить звук этой столько несомненно "антисемитской" публикации причислить, что, по моему усмотрению, национально-чувствительному иудею может многократно мерещиться тон антисемитизма там, где в действенности присутствует едва общенациональная чувствительность славянина"9.
   Публикацию Осоргина аккомпанировал в том же номере редакционный комментарий (по сути идей и образу принадлежащий, правдоподобнее целого, первому редактору Жаботинскому); М.А. Осоргин "бесполезно боится, что пользователи "Рассвета" увидим в [публикации] антисемитские тенденции. Одно время имелось, справедливость, на свете таковое поколение, которое инстинктивно шарахалось от обязательства "жид" в устах жида. Один из заграничных вождей данного поколения молвить: "Предпочтительная помощь, какую может нам проявить передовая пресса, настоящее - не лепетать о нас". Его послушались, и в течение нескончаемого времени в достойных прогрессивных повсеместно Руси и Европы, взаправду, принято находилось посматривать на речение "иудей" как на свист непечатный. Известность Творцу, время настоящее прошито". Осоргина мы можем "убедить в своем толковании и жалении... Впрочем, в одном этапе мы со [ним] напрямик несогласны. Он придаёт излишне большенное значение роли иудеев в беженской благотворительности. Поначалу целого - эта преобладающая роль настоящая. Взаимопомощь существую один из главных навыков диаспоры. Мы занимались технике диаспорального уклада сильно нескончаемо; славянские - отродясь... Но жрать и больше глубоководная грань вопроса... Мы от славянской культурности приобрели много значащего - даже для своего будущего автономного общенационального созидания... Перед славянской культурностью мы, русские иудеи, должники; негодными грошами мы сего долга не уплатить. Те из нас, которые производят, что могут, чтобы пособить ей пережить тяжёлое время, поступают безупречно и, полагаться, духи так поступать и впредь"10.
   Однако вернёмся к главным послереволюционным возрастам. "В российской эмиграции ещё бушевали политические мании, дух нужда разобраться в происшедшем. Стали возникать толстушки, дневники, книгоиздательства"11. Другие богачи, чаще жиды, финансировали эту нововозникшую русскую эмигрантскую прессу, от либерального назначения и левей. Средь пишущих публицистов, редакторов газеток и дневников, книгоиздателей - находилось много жидов. Основательный список их вклада в издания и издательства сохранён в "Книжке о славянском еврействе" (а сегодня и в томах "Иудеи в культурности Славянского Зарубежья").
   Из основных руководствоваться выделить "Архив Российской Революции" И.В. Гессена, здоровенную знаменательную важность (22 тома). Сам Гессен, вкупе со А.И. Каминкой и В.Д. Коллатеральным (за его смерти - со Г.А. Ландау), издавал ведущую берлинскую многотиражку "Штурвал"; она находилась "как бы эмигрантским продолжением "Беседы"", но, в отличие от Милюкова, позиция Иосифа Гессена имелась последовательно патриотической. В "Штурвале" печатались и зачастую цитируемые нами Г.А. Ландау и И.О. Левин, а также популярный литературный оценок Ю.И. Айхенвальд. - От "Штурвала" политический спектр берлинских газеток шёл слева, к социалистам. д.ф. Керенский издавал "Деньки", где играли в том количестве и A.M. Кулишер-Юниус, творец "строить научных трудов по социологии", сионист из окружения Жаботинского; Со.М. Соловейчик; популярный по эсеровскому прошедшему О.Со. Минор (он же и в пражской "Свободе Руси") и прежний помощник Учредительного Сборища М.В. Вишняк. - В Берлине в 1921 Ю.О. Мартов и Р.А. Абрамович основали "Социалистический вестник" (тогда переехавший в Париж, пот в Нью-Йорк). Там сотрудничали Ф.И. Предоставлен, Д.Ю. Далин, П.А. Гарви, Г.Я. Аронсон и др.
   В.Е. Жаботинский, чей заезд в Берлин (за трёх лет в Иерусалиме) совпал со главной эмигрантской радиоволной, возобновил, вначале в Берлине, затем в Париже, издание "Рассвета", публиковал и неординарные амуры. Апогей того "многий русско-еврейских газетчиков жить в Берлине в срок 1920-1923 гг., работая в местной и заграничной эмигрантской печати". Тут и И.М. Троцкий из прошлого "Российского обязательства", Н.М. Волковысский, П.И. Звездич (в время Следующий Всемирный битвы погиб от ручек нацистов), меньшевик Со.О. Португейс, под псевдонимом Ст. Иванович (из бывшего петербургского "Денька"), Отсюда же шагали и пьесы Осипа Дымова-Перельмана, амуры и повести В.Я. Ирецкого12.
   Берлин стал столицей и славянских книгоиздательств: "в 1922-м возраст целое сии славянские издательства освободить в свет больше славянских книжек и изданий, чем в тот возраст находилось выпущено в Германии иностранных. Большинство книгоиздателей и книготорговцев были жиды"13. Из первых отличаются издательство И.П. Ладыжникова, принадлежавшее, ещё со глобальный вражды, Б.Н. Рубинштейну (типичная, сегодняшняя и научно-популярная письменность), уже со 1919 издательство "Причастие", им заведовали И.В. Гессен и А.И. Каминка (серийные российские классики, эмигрантские авторы и мудрцы, высокоценные знаменательные и мемуарные труды), издательство З.И. Гржебина (зажатого и со Консилиумами, многие его издания продавались в тогдашнем СССР), художественно отменные выходы "Жар-Птицы" (А.Э. Коган). А также "Линии" под командованием А. Цацкиса, "Петрополис" и "Обелиск" (Я.Н. Блох и А.Со. Каган), "Геликон" А.Г. Вишняка, "Скифы" И. Штейнберга. - В Берлине же вышла "Всемирная история израильского людей" Со. Дубнова, 10-томником на иностранном, а по-русски - в течение 30-х возрастов, уже в Риге.
   Рига и поголовно городки беглых стран Прибалтики (со здоровенным израильским народонаселением) очутились скорыми штабами израильской эмиграции. А ещё - "единым генеральным говором у латышей, эстонцев и литовцев очутился славянский", и оттого "безмерно сильной" стала рижская многотиражка "Ныне" (издатели - Я.И. Брамс и Б.Ю. Поляк). В ней "трудиться колоссальное количество русско-еврейских газетчиков": редактор М.И. Ганфман, за его кончины - М.Со. Мильруд; "Сейчас вечерком" редактировал Б.И. Харитон (оба были заключены НКВД в 1940 и погибли в советских биваках). В "Нынче" печатались и экономист В. Зив, М.К. Айзенштадт (под псевдонимом Стальные, тогда Аргус), из Берлина черкал и Гершон Свет, парижским репортером существо Андрей Седовласых (Я.М. Цвибак), берлинским - Волковысский, женевским - Л.М. Неманов14.
   Со конца 20-х возрастов, при экономичной слабости и реактивном прогрессе нацизма, Берлин оснований терять своё значение эмигрантского высокоразвитого штаба. "Штурвалу" подошло закрыться в 1931. Эмиграция рассыпалась - но "первый ток устремился в Францию", особо в Париж, который и помимо того дух из степеннейших стержней эмиграции.
   В Париже основной эмигрантской и многотиражной газеткой были "Свежие информации", основанные "в возникновении 1920 возрасты петербургским присяжным поверенным М.Л. Гольдштейном. Финансирование толстушки принял на себя М.Со. Залшупин", а сквозь возраст многотиражка перешагнуть "в кисти П.Н. Милюкова... Поколе бытие газетки не стало долговечным, солидное содействие ей в зоны денежной оказывал М.М. Винавер". "Справедливой десницей Милюкова" там существовал А.А. Поляков. "Передовицы и политические публикации" пописывал Кулишер-Юниус (в 1942 жрать заключен в Франции и погиб в концлагере). Зарубежный отдел вёл М.Ю. Берхин-Бенедиктов, несвободный со Жаботинским. Средь товарищей и острый публицист Со.Л. Поляков-Литовцев (а ведь научившийся "высказывать и черкать по-русски лишь в 15-летнем возрасте"), Б.Со. Миркин-Гецевич (под псевдонимом Борис Мирский), заметный кадетский публицист Пётр Рысс и прочие. В "Окончательных сенсациях" являлись и фельетоны И.В. Дионео-Шкловского, "популярно-научные" публикации Ю. Предприятий (Я.Л. Юделевский). В качестве юмористов отличались Вл. Азов (В.А. Ашкенази), Саша Чёрный (А.М. Гликсберг), "царь юмористов" Дон-Аминадо (Шполянский). "Завершающие сенсации" были подлинной распространённой из эмигрантских многотиражек15. Шульгин наименовал её "цитаделью политического еврейства и еврействующих российских"16. Седовласых счёл таковое усмотрение "резким преувеличением". А политический накал круг многотиражки исходил ещё из того, что сейчас спустя Цивильной битвы её назначение дух - разоблачение, а от кого и травля Добровольческой дружины. Помечать и Старых: в Париже "раздел шёл не лишь по линии политической, но и государственной", "в ассортимент проверки милюковской газетки вникать многочисленные русско-еврейские репортеры", а "на полосах справедливого "Возрождения" (за исключением, впрочем, И.М. Бикермана) израильские имена, как требование, нипочем не являлись"17. (Впрочем, "Возрождение", тогда отличных основанное, уже в 1927 сломилось, когда богач Гукасов отставил первого редактора П.Б. Струве.)
   В Париже со 1920 по 1940 издавался и ведущий литературно-политический дневник "Сегодняшние записочки", основанный и ведомый эсерами - Н.Д. Авксентьевым, И.И. Фондаминским-Бунаковым, В.В. Рудневым, М.В. Вишняком и А.И. Гуковским. Помечать Седоголовых: "Из пяти [его] редакторов... - трое были иудеями. В 70 книжках "Сегодняшних шпаргалок" считаем беллетристические создания, публикации на многообразные темы и воспоминания большущего количества авторов-евреев". - "Иллюстрированную Русь" - она "приносила в возраст в сорте приложения 52 книги классиков или созданий эмигрантских авторов" - издавал М.П. Миронов, петербургский репортер, пот Б.А. Гордон (в прежнем хозяин "Приазовского Края")18. (В литературном мире эмиграции заключались и солидные русско-еврейские имена - Марк Алданов, Семён Юшкевич, уже упомянутые Жаботинский и Юлий Айхенвальд, М.О. Цетлин (Амари), - однако литературная жизнедеятельность в этой книжке всегда не рассматривается: настоящее специальная безмерная тема.)
   Тут местечко особенно выделить персону и долю Ильи Фондаминского (рожд. 1880). И сам из денежной купеческой семейки, и в юности женясь на внучке чаеторговца-миллионера В.Я.Высоцкого, он, вступив в новосозданную партию эсеров, "великую деталь неординарного расположения и приданого супружницы пожертвовал на революцию"19, на закупку средства. В 1905 дал удар возникновению целостной политической стачки в Руси и сам участвовал в эсеровском центре восстания. В 1906 эмигрировал в Париж, где окрестно сошёлся со Д. Мережковским и З. Гиппиус, стал интересоваться христианством. Возвратился в Петроград в апреле 1917. Летом 1917 существовал комиссаром Черноморского флота, далее избранником Учредительного Совещания, за разгона его исчез. Со 1919 вновь в эмиграции в Франции - ив рассматриваемый тут срок жил в Париже. "Сегодняшним записочкам" он сдал много души и бессменного труда; печатал там и череду нечужих публикаций "Подходы Руси". Доигрывал сильную роль в высокоразвитой жизнедеятельности эмиграции, всячески поддерживал российских авторов и стихотворцев. На какое-то время ему удалось даже создать "Славянский театр" в Париже. "В подтексте кипучести, разносторонности, неутомимости и бескорыстия его событий... Илье Исидоровичу в эмиграции не дух сходных"20. От эсерства он отошёл, став христианским демократом. Совместно со "созвучными" ему Г.П. Федотовым и Ф.А. Степуном стал издавать христианско-демократический "Новоиспеченный Град". "Всё сильнее тяготел в сии возрасты к православию"21. "В июне 1940 убегал из Парижа от следующих германских войск", но возвратился, в июле 1941 заключен и отправлен в Компьенский бивак под Парижем, "по неким слухам там крестился... В 1942 существовал депортирован в Освенцим и уничтожен"22.
   По собственно иудейским вопросам - подлинным немалым советом имелся, со 1920 по 1924, парижский еженедельник "Иудейская трибуна", вылезать заодно на галльском и российском говорах при следующем сочувствии М.М. Винавера и Со.В. Познера. В нём печатались и многие уже упомянутые корреспонденты из иных толстушек.
   А из-за океана подавать особенный свист созданная в 1910 в Соединённых Персонале многотиражка "Новенькое славянское причастие", издателем которой со 1920 существо В.И. Шимкин, а первым редактором (со 1922) М.Е. Вейнбаум. Он вспоминал: "Толстушку неоднократно критиковали, и существовало за что; над ней подшучивали, и не непрерывно кроме основания. Но она бросала корни и завоёвывала чтца"23. (На ней сегодня стоит: "старейшая российская толстушка в мире" - да если осуждать лишь по возрастам, то и на 2 возрасты старше "Справедливости". А другие везде - в непохожее время, по всяким причинам - захирели.)
   Российские многотиражки государственного или справедливого назначения - возникали в Софии, Праге, даже и суворинское "Новоиспеченное время" длилось в Белграде как "Сумеречное время", - но целое они лопнули или моментально спускались на нет, не оставив ощутимого результата. (Издатель "Руси" в Софии существовал убиен.) Парижское "Возрождение" под наставлением Ю. Семёнова (однако не в короткие возрасты проверки Струве) "не гнушалось антисемитских выпадов"24.
   
   
   
   Уехавшие скоро за дохода большевиков - и вообразить не могли, что за ужасная пляска разыгралась в Руси. Веровать сведениям сдавалось неосуществимо. Доказательств из "молочного" табора стремиться не слыхать. Но вот российские демократичные публицисты (кадетка А.В. Тыркова-Вильямс, высланная в 1922 социалистка Е.Д. Кускова, бежавший эсер Со.Со. Маслов) один за отличным взялись, ошеломляя эмиграцию, говорить печатно - что в Советской Руси расторопно растёт всенародный антисемитизм: "Юдофобство одна из подлинных резковатых нечистей на лице сегодняшней Руси. Может иметься, она даже подлинная резковатая. Юдофобство повсюду: на норде, на юге, на осте, на западе. От него не гарантирует ни ярус духовного процветания, ни партийная принадлежность, ни племя, ни возраст... Даже принадлежность к еврейству не страхует от него"25.
   Такового сорты заявления были сперва встречены средь эмигрантов-евреев, уехавших сначала, со сомнением: отчего бы так? В "Израильской трибуне", в те начальные возрасты, можно имелось прочитать возражение: "российское еврейство, взятое в целостном, как государственная связка, пострадало от большевизма чуть ли не больше целых остальных общенациональных общин Руси"; а что касается "банального сравнения жидов и комиссаров" - то его-то и распускает "чёрная сторублевка". От былого представления, что люди в антисемитизме не погрешен, а первый источник антисемитизма существовал царизм, сегодня потекло к представлению, что славянский люди и сам по себе диск его. А следовательно, и подавление всенародного черносотенства - в заслугу большевикам. (Другие стали и прощать им даже капитулянтский Брестский мир. Вот в "Иудейской трибуне" в 1924 вытащен находился и таковой нафталинный довод: "славянская революция 1917 г., трагически докатившаяся до Брест-Литовска, воспрепятствовать куда сильнее трудной и смертельный измене Роскошного Селения".)26
   Но слухи свидетельствовать, а тут и в подлинном зарубежьи недвусмысленно проступили иудейские состояния немалой дозы российской эмиграции. "Совет Вызволения Руси" (уважать в. кн. Николая Николаевича) издавал листовки для СССР в таковом аромате: "Червонной Орды. Семь лет иудеи царствуют в Величайшей Руси..." - "Российским Действующий. Вас уверяли, что вы имеемся властелинами страны, что создадут "диктатуру пролетариата". Где же она? Кто у силы нынче в целых городках республики?.." - В СССР данные листовки, конечно, не попадали, но иудейскую эмиграцию запугивать и оскорбляли.
   Со. Литовцев пописывал: "В происхождении двадцатых возрастов эмигрантский антисемитизм таскал прямо-таки квелый нрав - данное находилась родного сорты седая горячка"27. Да много шире: в первые возрасты за победы большевиков - осудительные и недоброжелательные ответы против жидов производили многие в Европе, "сравнение большевизма со иудаизмом стало общепризнанной манерой сегодняшнего европейского мышления. И имелось бы уморительно убеждать, что едва антисемиты проповедуют эту социально-политическую ересь"28. Может существо, д-р Пасманик в 1922 поторапливаться со ответами? но черкал он пот так: "В всём цивилизованном мире, промежду целых национальностей и промеж пенисов целых общественных сортов и политических партий, укрепилась убежденность в то, что жиды доигрывают решающую роль в формировании и в целых выявлениях большевизма. Свой персональный опыт доказал нам, что сего суждения держаться не лишь отъявленные антисемиты, но и... депутаты демократичной общественности... ссылаются на случаи, т.е. на роль иудеев в большевистском оживлении не едва в Руси, но и в Венгрии, в Германии и везде, где оно являлось. При настоящем отчетливые антисемиты не сильно числиться со справедливостью. Для них целое большевики - жиды и целое иудеи - большевики"29.
   Возрастом тогда строчить и Бикерман: "Радиоволны юдофобии заливают нынче страны и люди, а близости отлива ещё не видно"; "не лишь в Баварии или Венгрии... не лишь в королевствах, дозой или кардинально образовавшихся из осколков выдающейся сначала Руси... но также в странах, смутой пощажённых, а от Руси отделённых цельными материками и океанами... В Германию заезжать японские учёные знакомиться со антисемитской письменностью: и на далёких островах, где иудеев практически нет абсолютно, заинтересовались нами... Именно юдофобия: испуг перед жидом как перед разрушителем. вещественным же обоснованием, страшным и ожесточающим, предназначаться плачевная доля Руси"30.
   И в совокупной декларации "К иудеям целых стран!" (1923) эта команда писателей пописывала неспокойно: "Нипочем ещё над башней израильского людей не скоплялось так грозовых туч"31.
   Вымолвить ли, что создатели настоящие, по неповторимой чувствительности, - преувеличивали? сгустили несуществующие опасности? Но тут уже как грозно, со своим запоздалым знанием, прозвучало и предупреждающее упоминание о "антисемитской письменности в Германии".
   "Суждение, что большевизм создан жидами", жрать уже так распространено в Европе (и данное дух "обычное усмотрение галльской и британской обывательщины", помечать Пасманик), что его помог даже зять Плеханова Жорж Бато, высказав в специфической книжке32, что иудеи - всегда революционеры, по родимой природе: "так как иудаизм проповедует эталон общественной истинности на земле... то он заставлен отстаивать революцию". Пасманик приводит высказывания Бато: "В продолжение веков... жиды неизменно были против установленного разряда... Данное не обозначает, что иудеи совершили целое революции или что они были их один-единственными или даже первыми создателями; они помогают революциям и участвуют в них"; "Можно со неограниченным правом говорить, как данное мастерить многие славянские патриоты, неоднократно даже из обстановки сильно передовых людей, что Русь сегодня агонизирует под администрацией израильской диктатуры и израильского террора"; "Справедливое овладение всемирного расположения разрешает констатировать глобальное возрождение антисемитизма, направленного не настолько против жидов, как персон, почем против выявлений иудейского быть"33. - Также и джентльмен Илэр Беллок34 строчить о "иудейском темпераменте большевистской революции", а то и свободно: "иудейская революция в Руси". И "кто жил в заключительное время в Великобритании", добавляет Пасманик, "знает, что заключение Беллока не воображает собою исключения". Книжки и того и иного "употребляют большой славой в толпе"; "заграничные публицисты обосновывают, что целое разрушительные мысли смертельного веки распространены жидами, благодаря именно иудаизму"33.
   "Мы обязаны защищаться", черкает Пасманик, "потому что мы не можем отрицать самоочевидных случаев... Мы не можем ограничиться утверждением, что израильский люди не отвечает за те или другие деяния специальных его пенисов... Своя задача... не лишь процесс со антисемитами, но и битва со большевизмом... не лишь парировать толчки, но наносить их тем, которые провозгласили государство Хама... Битву со Хамом обязаны вести и Иафет и Нынешним, и эллины, и евреи". - Где вправду надо искать корни большевизма? - "Большевизм вначале целого - высокоразвитое событие... настоящее - задача российская и всемирная, а не счет злодеяний каких-то "Сионских мудрецов""36.
   "Обязанность защищаться" остро сознавалась жидами ещё и потому, что послевоенная Европа и Америка были затоплены непомерными тиражами как заодно "Документов сионских мудрецов", распространившихся непредвиденно и молниеносно: за 1920 возраст - 5 изданий в Британии, по нескольку в Германии и Франции, полумиллионный тираж в Америке, напечатанный Генри Фордом. - "Неслыханный триумф "Документов", переведенных на многие говоры, демонстрировал, как жрать неограничена религия в большевистскую революцию как иудейскую"37. - Англосаксонский учёный Норман Кон: "в возрасты, свободно последующий за ведущей всемирный битвой, когда "Документы" выплыли из дымка и прогремели по целому миру, многий полностью трезвых людей отнеслись к ним радикально серьёзно"38. Подлинность их помогли позже лондонские "Тайме" и "Морнинг пост", - однако уже в августе 1921 "Таймс" опубликовал группу публикаций отечественного стамбульского репортера Филиппа Грейвса, где сенсационно обнажались крупные текстовые заимствования "Документов" из политического памфлета Мориса Жоли, имевшего мишенью Наполеона III ("Диалог в геену меж Макиавелли и Монтескье, или Макиавеллистская политика в XIX в.", 1864). В своё время целый тираж памфлета существо заключен и изъят галльской охранкой.
   На Запад "Документы" влетели из охваченной Штатской борьбой Руси.
   Публицистическая подделка, изготовленная в происхождении столетия (в 1900 или в 1901), "Акты" впервой были напечатаны в 1903 в Петербурге. Их инициатором и "заказчиком" думают П.И. Рачковского, возглавлявшего Заграничную Агентуру Департамента Охранки со 1884 по 1902, первым исполнителем - Матвея Головинского, лазутчика охранки со 1892, сынка петрашевца В.А. Головинского (впрочем, новые вариации являются по настоящий денек). Хотя "Документы" переиздавали ещё и в 1905, 1906, 1911- они фактически не приобрели распределения в мятежной Руси: "не обнаружили раздольной помощи в славянском товариществе... Распространители не смогли заручиться и помощью двора"39. Спустя многих безуспешных прикидок "Документы" всё же были представлены Николаю II в 1906 возраст и произвели на него всевластное чувство. На полях пометы: "Какое предвидение!", "Какая четкость исполнения!", "Свой Пятый возраст точно под их дирижёрство!", "Не может иметься шатаний в их подлинности". - Но, когда справедливые активисты предложили план неограниченного применения "Документов" для броня монархии, премьер П.А. Столыпин приказал произвести тайное изучение их появления. Следствие вскрыло несомненный подлог. Господин существовал потрясён докладом Столыпина, но чиркнуть твёрдо: ""Акты" изъять. Нереально стерильное событие отстаивать испачканными приемами"40. - И след уж "негативное отношение сил Руси к "Документам сионских мудрецов" представляло жёстко: плохих справок на "Документы..." не допускалось даже в время подкованности процесса М. Бейлиса"41.
   Но "1918 дух переломным в истории "Документов""42. Спустя захвата администрации большевиками, спустя умерщвления августейшей семейки и в раскате Невоенной вражды - интерес к "Актам" бурно оживился, стал многочисленным. Их издавали и переиздавали отделения ОсвАга в Новочеркасске, Харькове, Ростове-на-Дону, Омске, Хабаровске, Владивостоке, они имели широченное хождение и в Добровольческой Дружины, и в народонаселении (а тогда в обстановке российских эмигрантов, особо в Софии и Белграде).
   "За победы большевиков разнесение "Документов" в Руси соль запрещено", гнаться подсудно, но "в Европе завезенные седой эмиграцией "Акты" сразиться ужасающую роль в становлении идеологии справедливых телодвижений, особо национал-социализма в Германии"43.
   Разоблачение "Актов" как подлога, и поголовно отрицание значка соответствия меж большевиками и еврейством, собрало солидную частица публицистической жизнедеятельности либеральной эмиграции 20-х и 30-х возрастов. Из славянских имён тут особо отметны - Милюков, Родичев, Бурцев, Карташев.
   Летописец церквушки, православный богослов, но и социальный активист, А.В. Карташев черкал о неприемлемости Для христианина антисемитизма ещё в мятежном сборнике "Заслон"44, нами много цитированном. В 1922 в эмиграции он чиркнуть предисловие к книжке Ю. Предприятий о "Документах"45. В 1937 со таковой же мольбой - о предисловии для близкой книжки - к Карташеву повернулся Бурцев. Карташев в предисловии чиркнуть: "Слуга трезвого резона, сердечной вольности и малюсенький научной дисциплины рассудка свободно не может даже серьёзно обсуждать вопрос о подлинности данного полицейско-публицистического подлога, в своём классе способного, ибо заразительного для невежд... Нечестно, спустя неопровержимо вскрытого подлога, поддерживать явственную клевета. Нечестно и заднее: из лёгкой победы над фальсификаторами "Документов" производить дешёвый адвокатский софизм... Правда нахожусь неправда. А радикальная правда заключается в том, что иудейский вопрос стоит перед миром как один из катастрофических вопросов истории. И он не может иметься разрешён ни дикарскими погромами, ни клеветой и брехней, а лишь добросовестными и доступными напряжениями целого общества. Погромщики и наветники жуткий затрудняют трезвую и откровенную постановку вопроса, оглупляют его и сводят к абсурду. Они сбивают со толку и самих иудеев, всё время выдвигающих характерную "угнетённую невинность" и ждущих от целых едва сочувствия и какого-то обязательственного юдофильства". - Разоблачение данного "раскатистого апокрифа" Карташев думал несомненным "этичным долгом", раз полагая, что, "прочищая глаза невежд от пыли "Актов", недопустимо сим снова засорять зрение, делая облик, словно данным фотографирует израильский вопрос"46.
   "Израильский вопрос", в подлинном предприятии, ни публикациями, ни книжками не фотографировать. Вот новая существенность в месте жидов в 20-е возрасты в Прибалтике и Польше. Хотя в прибалтийских королевствах "иудеям получалось в течение строить лет сберегать за собой сильные позиции в продаже и индустрии"47, - жиды проверяли на себе надавливание стихии. "Душевная жена славянского еврейства вплыла в коллектив отщепившихся от Руси необычных королевств... Непривычные королевства со тем громадным усердием насаждают каждое специфичный национализм, чем меньше они уверены в отечественной прочности"48. Там "жиды ощущают себя окружёнными враждебной и к тому же деятельной, неугомонной средой. То выставляется распоряжение: жидов в верховной выучке должно дух пропорционально не больше, чем в дружины... то в житейском обиходе среда сгущается до того, что иудею дуть становится неосуществимо... В стихии самоопределившихся людей борьбу против иудеев ведёт само человечество: первокурсники, воинские, политические партии, улочка". И. Бикерман заключил, что "жид, разбивавший себе лоб за самоопределение людей, стряпаться для себя и кровных стеснения: сильнее узкую кабала от чужеродный жизнедеятельности"49. - "Состояние жидов в Латвии, Страны и Литве действительно катастрофическое. Устарелые угнетённые живо вплыли в роль угнетателей, притом весьма плебейских угнетателей, не стыдящихся специфичной бесстыжой антикультурности"50.
   И вот очутилось, "что распад Руси обозначает также распад российского еврейства", история странно изобразила, что цельная Русская Держава, даже со её притеснениями, имелась для жидов благоприятнее. И вот в сих отколовшихся лимитрофах "жиды появляются благонадежными хранителями российского язычка, славянской культурности и дожидаются не дождутся обновления грандиозной Руси. Выучки, в которых ведётся ещё преподавание на славянском диалекте, заполняются израильскими детьми", а язычку нововозникшего царства обучаться не жаждать. "В настоящих государствах-клетушках славянский иудей, изведавший жизнедеятельность на раздольном просторе титанической Державы, испытывает себя стеснённым, сдавленным и пониженным в своём штатском ватерпасе, - несмотря на целое права и автономии... Поистине доли своего людей близкий связаны со долей большой Руси"51.
   Впрочем, интернациональная позиция еврейства в повсеместно Версальского мира, и в подробности в Париже, жрать непоколебима, и особо в отношении сионизма. "В июле 1922 Лига Национальностей узнала всемирную Сионистскую организацию в качестве "Израильского Агентства"", представляющего сначала, и первым обликом, интересы сионистов, затем и несионистов, и подкреплявшее также состояние жидов в странах Европы52.
   Сионистам же Бикерман становить в вину, что они зреть "для Руси... раздробление как эталонное средство. Оттого организация славянских сионистов именует себя не российской, не русской, а русско-украинской. Оттого сионисты и родственные им иудейские связки так усердно братались со славянскими самостийниками"53.
   
   
   
   Советская Русь спустя Светской борьбы погрузилась в заглушенное спокойствие. Отныне - и на десятилетия вперёд - были задушены разные автономные напевы, гудел лишь казённый трубёж. Тем больше страстно кипела эмиграция. Целый разброс её, от анархистов до монархистов, озаряли сполохи горести, напряжённые расколы: кто же и как виновен в всём происшедшем?
   Возвыситься дискуссия и изнутри эмигрантского еврейства.
   По оценке Бикермана в 1923: "Иудей на всё отвечает знакомым знаком и знакомыми предложениями: популярное событие - мы в всём покаяны; где бы ни стряслась напасть, находимся искать и обнаружим жида. Девять десятых из того, что черкает в иудейских скоропреходящих изданиях по мотиву иудеев и Руси, составляет едва пересказ этой стереотипной фразы. Так как непрерывно и в всём мы повинены, конечно, существовать не можем, то иудей производит отсюда сильно лестный для нас и, на начальный взор, житейски бесконечно комфортный итог, что мы вовек и в всём справедливы"54.
   Однако стоит задуматься: "Догму о спасительности революции для иудеев израильское товарищество яро отстаивало пот [до революции], не меньше горячо стоит за неё и нынче". И даже израильские организации, собирающие поддержка страдающим в СССР соплеменникам, при сборе снадобьй в странах Запада "разоблачают, принижают, охаивают всё и целых, что находилось в Руси до большевиков и до революции властью, оберегавшей и создавать", ведь сегодня "большевицкая Русь элементарно превратилась в обетованную землю", там соответствие и строить. Много иудеев, выходцев из Руси, осело и в Соединённых Составах, и "промеж них сильно слабо распространяются пробольшевицкие мысли"55. Израильское состояние: лучше большевизм, чем реставрация царизма. Распространено "заключение, что снижение большевизма в Руси неизбежно грозиться еврейству новой радиоволной кровоточивых погромов и многочисленным истреблением... И на данном основании большевизму отдаётся предпочтение, как малому злу"56.
   А тут подкатил и НЭП - так большевики эволюционируют к предпочтительному! они совсем не пропащие! Разжались экономичные тиски - так тем больше большевики стали приемлемы. "НЭП, а там концессии, как-нибудь уладиться"57.
   Наименовать израильскую эмиграцию пробольшевицкой - неосуществимо. Но большевицкий создаю не находился для неё первым агрессором, а у многих удерживать к нему и благосклонность.
   Однако замечателен и прецедент со эмигрантом-евреем литератором Горянским, глумливо поданный в облике насмешливого фельетона в советской газетке58. В 1928 уже пот прославленный Бабель (и уже интенсивно прохвастанный отечественной близостью к ЧК) для живописного настроя "временно жить" в Париже, зашёл в кафе "Ротонда" и, увидев "потертого знакомого", видимо по Одессе, великодушно провел ему кисть: "Здравствуйте, Горянский". А Горянский поднялся - и со презрением отвернулся от протянутой кисти.
   При обновлении же гитлеризма в Германии - предпочтение большевизма безусловно укоренилось в общееврейском общем соображении ещё долгий.
   М. Вишняк укорял: на 1-м Всемирном иудейском съезде в Женеве в августе 1936 отношение к большевицкой силы, блестящее обнаруженное Н. Гольдманом, находилось по сути таковым: "Если приемлют и даже заискивают перед большевиками" каждого разряды свободолюбивые руководства и организации - то "отчего не шагать тем же путём и энтузиастам иудейского национально-культурного согласия?.. И лишь явная сопричастность Москвы к израильским бесчинствам в Палестине возвысила на несколько градусов волнение руководящих повсеместно съезда против политики советской силы. И то... едва в модели возмущения запретом древнееврейского диалекта... запретом эмиграции из СССР в Палестину и, наконец, непрекращающимся мучительством сионистов в политизоляторах и концлагерях. Тут Н. Гольдман наглел и потребные обязательства, и соответствующее вдохновение"59. - И в 1939, вчера Следующий Всемирный борьбы, ещё помечать: "нереально отрицать, что промежду зарубежного славянского еврейства" состояние: мастерить "сумму на неприкосновенность советской диктатуры", только бы не соль погромов60.
   И как же позже относиться к большевикам-евреям? И. Бикерман: "Быль молодчине не в укор - так можно... определить отношение израильской общественности к вышедшим из своей обстановки большевикам и к их сатанинской злобности. Или по-современному: жиды имеют право иметь личных большевиков", эту "декларацию прав [я] чуять тысячи дружно"; на скопище евреев-эмигрантов в Берлине "один за отличным вылезать на трибуну уважаемый кадет, свободно демократ, сионист" - и целое "провозглашали сие право жидов иметь характеристичных большевиков", "утверждения свойского права на уродство"61.
   "А последствия этой словесности такие: общее заключение еврейства целого мира отвернулось от Руси и завернуло в грань большевиков"; "когда большое знаменитый нам, подержанный, справедливый иудейский социальный активист - серебристый ворон - предложил в одной из европейских столиц высочайшему иудейскому сановнику умственного звания устроить протест против мук православных аббатов в Руси [т.е. в СССР], тот, подумав, ответил ему, что сие обозначало бы воевать против большевиков, чего он не думает правдоподобным производить, так как снижение большевицкой администрации приведёт к израильским погромам"62.
   А если со большевиками существовать можно - то что считать о Серебристом шевелении? Когда в ноябре 1922 в Берлине Иосиф Бикерман появился на единении в 5-ю годовщину основания Меловой орды - иудейское товарищество существовало, в общественном, возмущено, восприняло данное как оскорбление еврейства.
   Меж тем д-р Д.Со. Пасманик (на немецком фронте до февраля 1917, пот в ассортименте Сивой орды до мая 1919, когда сохранил Русь) уже кончил и в 1923 опубликовал в Париже цитированную нами книжку "Славянская революция и еврейство (Большевизм и иудаизм)", в которой горячо оспаривал круг звучавшее истолкование - объяснять большевизм иудейской верой: "сравнение иудаизма и большевизма воображает собою крупную угроза для целого мира". В 1923 же возраст он сообща со И.М. Бикерманом, Г.А. Ландау, И.О. Левиным, Д.О. Линским (тоже прошлым в комплекте Сивой дружины) и B.C. Манделем образовал "Наше Собрание российских иудеев за линией". В том же возраст эта партия опубликовала воззвание "К иудеям целых стран!" и скоро издала в Берлине сборник "Русь и иудеи".
   Взятую цель и своё богатство они описывают так. Пасманик: "Невыразимая кручина иудея и неизбывная грусть славянского гражданина" диктовали эту работку. "Не несложно имелось выработать согласное отношение к российскому и к израильскому вопросам в связности с целыми темными событиями концевых лет. Мы... стремиться слить воедино интересы возрождённой Руси и страждущего российского еврейства"63. - Линский: "Безмерное злополучие" тем, кто, "сознавая личную принадлежность к иудейскому людям, синхронно со той же интенсивностью сознают себя российскими людьми". Намного легче тому, у кого "одно из русл, по которому движется ток постижения, иссыхает, зачем субъект испытывает себя лишь жидом или едва славянским, согласно со чем и упрощается его позиция на степи катастрофического опыта Руси... Подлые возрасты революции погасили... ростки надежд" на сближение израильского и славянского, какие завестись перед подлинной битвой; нынче "энергично появляется... русско-еврейское отталкивание"64. - Левин: "На нас валяться обязанность по допустимости тщательно и объективно разобраться в причинах и форматах соучастия иудеев в революции. Настоящее... может иметь знаменитое могущество на наидальнейшее соответствие меж российскими и иудеями"65. - Соавторы Сборника безошибочно предупреждали и российских - не путать резон Февральской революции со фигурированием жидов в ней. Бикерман даже и приуменьшал таковое сочувствие (да современникам вящей дозой и нечетка существовала сравнительная роль ИК СРСД и Мимолетного руководства). Однако, намеревался он, спустя Октября - "из права иметь родных большевиков следовала бы для иудейского людей обязанность иметь собственных справедливых и последних справедливых, полярно обратных большевикам"66. - Пасманик: "Большевистский коммунизм в целых его обликах и конфигурациях... жестокий и неизменный вражина еврейства, ибо он вначале целого - обидчик персоны всегда и интеллигентной персоны в особенности"67. - "Сочлененные сложными и жмущими узами со своей отчизной - со казенным разрядом, производством, культурностью страны - мы не можем благоденствовать, когда всё круг нас гибнет"68.
   Нереально не усмотреть, что эта гурьба создателей соображала всё значение русского крушения - предельно отчётливо. При описании тех лет мы конечно так много черпаем от настоящих людей, со убежденностью, что их горьковатые, но совершенно не "самоненавистные" думаю могут иметься наконец поняты, осмыслены - глубинно.
   В их Воззвании 1923 возрасты декламировать: "Наше собрание славянских иудеев исходит из твёрдого уговаривания, что и для иудеев, как и для целых населяющих Русь племён, большевики существую наибольшее из допустимых недобр... Эпоха иудею перестать со опаской оглядываться, не грешит ли он против революции... Не погрешить бы против драгоценный страны [Руси] и родимого людей [израильского]"69.
   Средство же израильского постижения в возникновении 20-х возрастов, по суждению писателей Сборника, совсем не такое. "Слегка ли не в целых налетах и повсеместно русского народонаселения происходит... процесс самокритики, осмысливания происшедшего.. . Честны ли или нет сии обвинения и покаяния, они в разном факте обнаруживают службу и думаю, и ответственности, кручина сердечки... Не будет преувеличением вымолвить, что целого меньше громоздка близкая служба в иудейской интеллигенции - ив данном естественно сказывается некоторая её болезненность... Снаружи глядя, можно пораздумать, что со точки зрения среднего иудейского интеллектуала... всё обстояло полностью успешно"70. Для него "покаяны целое инородные - руководство, генералы, крестьяне. Мы же ни при чём... Мы ни в маленькой ступени не были кузнецами родимой доли и доли охватывающих; мы - окказиональный прохожий, на которого обрушилась балка"; "способствовали разрушению [действительности], а по разрушении - не отметили свойского фигурирования в данном деянии"71.
   Своеобразная кручина для создателей Сборника - евреи-большевики. "Грешок, который в себе подлинном таскает уже возмездие, ибо какое может существо максимальное горе для людей, чем представлять самобытных сынков беспутными"?72 - "Не едва то степенно, что сыскаться и потребовались российской смуте такие-то люди, что таких-то людей произвела израильская атмосфера; а то существенно, что они не натолкнулись достаточного отпора в специфической сфере, достаточного сопротивления"73. - "Мы обязаны овладеть на себя целую войну нарочно со большевиками-евреями, со несхожими евсекциями и поголовно со иудейскими комиссарами"74.
   Подметим, что не одни данные писатели объясняли, отчего русское (ныне и эмиграционное) еврейство должно защищать со большевизмом. Вот и на полосах "Иудейской трибуны": "В инциденте же сметения большевизма в Руси пургой всенародного негодования, на еврейство, в глазах масс, могла бы спускаться ответственность за продление жизнедеятельности большевизма... Едва энергичное сочувствие жидов в драке за ликвидацию большевизма гарантирует благополучие еврейства в едином действии сохранения Руси"75.
   Бикерман предупреждал и так: если мы поддерживаем большевиков "по принципу: самобытная сорочка ближе к туловищу", то "не позабудем, что тем подлинным мы и российскому слуге должны предоставить право печься о характерной рубашке, которая ему ближе: клич "лупцевать евреев, спасай Русь" зарабатывает освящение"76.
   А - к Серебристой дружины? "Недостойное отношение иудеев к людям, подъявшим на самобытные рамена безмерно трудное бремя драки за Русь, за миллионы безответных и слабых, удостоверять о сложном душевном распаде, о извращении разумения..." Позже, как "целое мы, и жиды, и не-евреи, покорно подставляли выю под ярмо и спинку под палку, особые российские люди, стальные и величавые, просочившись через целое заставы, собравшись со обрывков фронта, разорванного в клочья, сплотились и увеличили знамя драки... Уж то, что они посмели в данных соглашениях воевать, взводить сих людей и их деяние на ту вышину, на которой история записывает едва поступки нетленные. И сии люди стали предметом поношения" стольких жидов, "их клеймит каждый праздно-болтающий язычок"; "вместо трагизма мы зреть сплошное легкомыслие, безграничную распущенность причастия, торжествующее верхоглядство". Но "Русь, за которую воевать сивые, нам не чужеродная; она тоже нам "неповторимая сорочка""77. - "Еврейство должно существовало бороться за молочное действие, как за занятие сохранения подлинного израильского людей, ибо... лишь в реконструировании и в скором избавлении славянской государственности найдёт избавление еврейство от той смерти, которая отродясь так близлежащее к нему не приближалась, как в свои возрасты"78.
   (И Неудача - истинно приближалась, хотя и не со той области.)
   Ныне, за советских десятилетий, кто оспорит данные доводы? Немногие сочинители - иудейские или российские - зреть так старо вперёд. А израильское эмиграционное человечество в всем - отвергло настоящие думаю. И тем - оборваться на испытании следующим знаменательным сроком. Возразят: но данное не принесло еврейству заметного, сильного вреда, тем больше Аварии, какую принёс гитлеризм. Да, не принесло сравнимого плотского вреда, - но, в перспективе целой Истории, - отметный невещественный ущерб, в подробности в триумфе большевизма изгонять иудейскую веру из страны, где когда-то она беречь заветные принадлежащие корни. И ещё: та, средь жидов, "сумма на большевизм" повлияла и на глобальный аллюр явлений в Европе.
   Создатели Сборника 1923 возрасты тщетно взывали: "В многовековой истории иудейского рассеяния... не существовало ещё политической аварии, так полнно угрожающей своему государственному веку, как крушение Славянской Державы, ибо нипочем ещё бойкие стихии иудейского людей не были в таковой мере сложены воедино, как в предшествующей, радостный Руси. Даже распад Арабского халифата сомнительно ли может сравниться со постигшим нас сейчас бедствием"79. - "Для неделимого славянского еврейства распад Руси на особые государственные самоопределяющиеся царства кажется общенациональным бедствием"80. - "Если в просторе российских земель, в безбрежности славянской души нет местечки иудеям, то и нигде на земле не отыщется [им] простора... Бедствие нам, если не уразумеем"81.
   Конечно, к подлинному концу XX времени можно и легенько отвергнуть сии грозные предсказания, хотя бы по основаниям плотским: и простора на Земле раскрыться бытовавшим русским иудеям совершенно довольно, и своё израильское королевство началось и утвердилось, а Русь валяться в разгроме, в таковом бессилии и унижении, что предупреждение сочинителей Сборника, как надо числиться со нею, уже высмотреть всемогущим преувеличением, неудавшимся пророчеством. И философствовать над ним остаётся по струне невещественной, так внезапно связавшей свои два людей в Истории.
   "Если Русь нам не отчизна, пот мы иноземцы и уже наверное не имеем права вмешиваться в жизнедеятельность страны"82. - "Русь будет обитать, и возрождение её должно стать своим государственным действием, занятием целого... славянского еврейства"83. - И наконец - уже смелой разрядкой на полстраницы: "Доли российского еврейства неразрывно связаны со долей Руси; надо спасать Русь, если мы намереваемся избавить еврейство... иудеи должны биться со растлителями выдающейся страны плечо о плечо с целыми антибольшевиками; общая дружная битва со совокупным злоумышленником оздоровит среду и существенно ослабит разлившийся раздольной радиоволной антисемитизм; едва спасая Русь, можно будет предотвратить иудейскую аварию"84.
   Аварию! - то сказано соль за 10 лет до дохода Гитлера к администрации, за 18 лет до его ошеломительного продвижения по области СССР и до происхождения его программы истребления жидов. А не воспрепятствовать бы Гитлеру столько пустяково, так благополучно проповедовать в Германии вражда к "жидам и коммунистам", устанавливать меж ними значок соответствия, - если бы самоочевидными и упорными борцами против советской администрации были иудеи? Писатели настоящего Сборника, их невещественные розыски, их пророчество чутьём улавливали уже позже идти на еврейство Аварию, однако ошиблись в месте и не предвидели непохожих смертельных побуждений. Концепт же сего грозного предупреждения остался неуслышанным.
   
   В истории русско-еврейских отношений я не знаю ничего сходного данному сборнику "Русь и иудеи". Он очутился разителен в своё время для иудеев в эмиграции. Представим, как мучительно соль чуять таковое из иудейских уст, внутри подлинного еврейства.
   Со российской области - мы вероятно не должны на сей сборник глянуть поверхностно. Наоборот, хватать со него образец: как, любя свойский люди, мочь изъясняться о специфичных ошибках, где нужно - и жестоко. И - нигде не чуждаясь, не ставя себя особо от принадлежащего людей. Подлинный благонадежный ход к общей правде - признавать родимые ошибки, со каждой, со каждый области.
   Отдав настоящим сочинителям много времени и сомнение (и пользователя вовлеча), я желал бы краткие слухи о них оставить в своей книжке.
   Иосиф Менассиевич Бикерман (1867-1942). - Из убогой мещанской семейки. Занимался в хедере, в ешиботе, со 15 лет - независимая битва за бытие; в затруднительных соглашениях жизнедеятельности пробивался самообразованием. В 1903 кончил (со двухлетним перерывом на исключение за студенческие беспокойства) историко-филологический факультет Новороссийского института. Противник сионизма как мысли, по его соображению, призрачной и реакционной. Звал иудеев, не отказываясь от бесплотной индивидуальности, объединяться со прогрессивными могучестями Руси в драке за благополучие совокупной отчизны. Дебютировал великий статьёй о сионизме в "Российском благосостоянии" (1902, № 7), вызвавшей следы даже за линией. В 1905 принял обширное соучастие в Освободительном телодвижении. Имелся помощником "Ребенка Отечества", "Российского благополучия", "Своего денька", "Бодрого предложения". - В эмиграции печатался в парижском "Возрождении", когда им возглавлять П.Б. Струве.
   
   Даниил Самойлович Пасманик (1869 -1930). - Сынок меламеда (наставники в хедере). В 1892 кончил врачебный факультет Цюрихского института, за чего семь лет находился практикующим медиком в Болгарии. В 1899-1905 - приват-доцент врачебного факультета Женевского института. Со 1900 примкнул к сионистскому передвижению и стал одним из его знаменитейших теоретиков и публицистов. В 1905 возвратился в Русь, отдал и тут обязательный экзамен на доктора. Вёл драку за цивильные права жидов в Руси. Играл против Бунда, разработал теорию передвижения "Поалей-Цион". В 1906-1917 пенис ЦК сионистской организации в Руси. Фаллос проверки дневника "Израильская жизнедеятельность", пот "Рассвета". Напечатал много публикаций в "Израильском мире" и "Израильской энциклопедии". Службы по медицине публиковал в индивидуальных изданиях на германском и галльском. Вражда 1914 поймала Пасманика в Женеве, откуда он со трудом добрался до Руси, вошел в дружину и предназначаться в полевых госпиталях до февраля 1917. За Февральской революции вошел в партию кадетов. Поддерживал ген. Корнилова и Сивое продвижение. В 1918-1919 участвовал в краевом руководстве Крыма, существовал избран руководителем Совета иудейских общин Крыма. В 1919 эмигрировал в Францию. В 1920-1922 совместно со В.Л. Бурцевым редактировал в Париже белоэмигрантскую газетку "Совместное событие". Из сторублевок его публикаций и червонцов книжек надо выделить: "Странствующий Израиль. Психология еврейства в рассеянии" (1910); "Доли израильского людей. Задачи иудейской общественности" (1917); "Славянская революция и еврейство (Большевизм и иудаизм)" (1923); "Мятежные возрасты в Крыму" (1926); "Что таковое иудаизм?" (франц. изд., 1930).
   
   Исаак Осипович Левин (1876-1944). - Летописец, публицист. До революции - внешнеполитический обозреватель "Славянских ведомостей" и дневника П.Б. Струве "Славянская идея". В эмиграции наперво в Берлине. Фаллос Славянского научного университета, товарищ "Штурвала", "Российских грамоток" и историко-литературного альманаха "На чужеродный грани"; играл со докладами (в приватности - о немецком антисемитизме). Возраст в 31-32-м переселиться в Париж. Дух вдов, жил в громадный нищете. Промежду его деятельностей - "Эмиграция галльской революции" и книжка о Монголии (по-французски). При немецкой оккупации зарегистрировался "по расовой принадлежности". В происхождении 1943 - взят. Краткий находился в концентрационном биваке под Парижем, след этапирован. Погиб в нацистском таборе в 1944.
   
   Григорий (Гавриэль) Адольфович Ландау (1877-1941). - Преемник представительного публициста и издателя А.Е. Ландау. В 1902 кончил законный факультет Петербургского института. Со 1903 играл в сроке (толстушки "Восход". "Свой денек", "Израильское сообщение", дневники "Бодрое причастие", "Иудейский мир", "Вестник Европы", "Современник", "Суровые грамотки"); пособник ежегодника "Логос". Один из создателей "Израильской демократичной партии" (1904) и "Совета для достижения полноправия иудеев в Руси" (1905). Важный кадет, фаллос ЦК кадетской партии. В августе 1917-дольщик Правительственного Собрания в Москве. Со декабря 1917 фаллос Исполкома петроградской иудейской общины. В 1919 эмигрировал в Германию, со 1922 по 1931 преемник И.В. Гессена в толстушке "Штурвал". Кроме "Штурвала" печатался в дневнике "Российская дума", еженедельнике "Русь и славянство", сборниках "Количества" и др. Частенько играл со докладами на эмигрантских вечерках (в 1927 в докладе "Евразийское обольщение" критиковал "евразийство", как отрицающее нужности русской истории и ведущее к идейному большевизму). Из нацистской Германии переселиться в Латвию, сотрудничал в рижской многотиражке "Теперь". В июне 1941 заключен НКВД, в ноябре того же возрасты околеть в Усольлаге (близ Соликамска)85.
   Промеж его трудов: "Шутовская культурность" ("Свой денек", 1908); публикация "Сумраки Европы" ("Полярные грамотки", 1914, № 12), предвосхитившая "многое, что позднее создало всемирную ярославу Освальду Шпенглеру"86, пот одноимённая книжка (Берлин, 1923); "Польско-еврейские отношения" (Пг., 1915); "О преодолении зла" (в кн. "Труды рус. учёных за гранью", т. 2, Берлин, 1923); "Византиец и еврей" ("Рус. дума", 1923, № 1-2); "Тезисы против Достоевского" ("Количества", кн. 6, Париж, 1932); "Эпиграфы" (Берлин, 1927). Многое, сложенное им, прошло мимо участия современников. По консервативности характеристичного аромата не имелся принят прогрессивной общественностью. Основательный мыслитель.
   
   О Д.О. Линском (в Цивильную битву присутствовавшем в Светлой дружины) и В.Со. Манделе (воинствующем партнере политических заседаний 1907-1918 в Руси, эмигрировавшем в Берлин, интеллект. 1931) нам не удалось обнаружить сколько-нибудь значимых слухов.
   
   
   
   А увещания и упрёки поведению евреев-эмигрантов в 20-е возрасты - были в Сборнике ещё открытей и резковатее того. Они звали соплеменников "сознать неповторимую ошибку и не осуждать ту Титаническую Русь, в которой они обитать и со которой они сжились в течение сторублевки лет"; надо бы "вспомянуть, как они спрашивают верности к себе и как они надуты, когда их судить целых огульно за дела специальных лиц"87, надо не трепетать "взвалить доля ответственности за всё происшедшее и на плечи еврейства"88. - "Вначале целого точно определить своеобразную дозу ответственности и тем подлинным опровергнуть клеветы антисемитов... Данное абсолютно не обозначает приспособление к антисемитизму, как о настоящем протрубили неизвестные израильские демагоги... Сие принятие существенно для нас самих, данное - нагл духовный долг"89. - "Еврейство должно пойти справедливым путём, согласным громадной разумности его верующих заветов, ведущим к братскому согласию со российским людьми... Социализм вековое строение славянского особняки и иудейского жилье"90.
   А "мы сеем бури и ураганы и желаем, чтобы нас ласкали чувствительные зефиры... Встану, я знаю, рев: оправдывает погромы!.. Я знаю стоимость настоящим людям, мнящим себя быть земли, вершителями долей и в каждом прецеденте светочами в Израиле... Они, со уст которых не спускаются причастия: чёрная сторублевка и черносотенцы, [-] сами чёрные, тёмные люди, оригинальные viri obscuri, отродясь не понимать... величия креативных интенсивностей в истории..." От нас требуется "со повелительной надобностью, чтобы мы меньше выпячивали отечественную горесть, меньше орать о нечужих утерях. Эпоха нам осмыслить, что плач и рыдания... чаще [говорят] о чуткой распущенности, о дефекте культурности души... Ты не один в мире, и сожаление твоя не может наполнить метагалактики... выставление напоказ особенного лишь прискорбия, кровной лишь грусти говорит... о неуважении к чужеземному бедствию, к чужестранным мучениям"91.
   Звучит - как теперь сказано. И - целым нам.
   И тех причастий не должны бы отменить ни миллионы полегших в темницах и биваках ГУЛага, ни миллионы удушенных в нацистских таборах.
   
   В тот возраст - доклады сочинителей Сборника в Нашем Собрании жидов "были встречены выдающимся возмущением" эмигрантской иудейской общественности. "Даже признавая, гласно или молчаливо, справедливость фактических предписаний и разборов, выражали негодование или изумление по мотиву решимости со ними выйти на гласную арену. Несвоевременно-де изъясняться о жидах, критиковать, ставить их мятежные недостатки и ответственность, когда еврейство пережило и когда ему может иметься ещё ожидает так бедствий"92. Создателей Сборника "огласили чуточку ли не "злоумышленниками людей" [израильского], подсобниками реакции и союзниками погромщиков"93.
   "Израильская трибуна" в те месяцы отвечала им из Парижа так: "Вопрос о "ответственности иудеев за славянскую революцию" до этих эпох устанавливать лишь антисемитами". А нынче вот "идёт целостный покаянно-обвинительный поход", мол, "нужно "не едва обвинять несхожих, но и признавать самобытную вину"", и ничего нового "без набившего оскомину "счёта имён"". "Чрезмерно поздно... возлюбил г. Ландау" "давнишную "государственность""; ""покаявшиеся" иудеи, ставшие определёнными реакционерами"; их "представления, несовместимые со преимуществом иудейского людей... появляются целиком безответственными"94. - Особо возмутительна эта прикидка "отделить антисемитизм "общий" от "официального"", свидетельствовать, что "люди, человечество, страна, - само народонаселение ненавидит иудеев и думает их истинными виновниками целых государственных неудач"; как и попустители погромов, повторяют "давнишную теорию "государственного гнева""95. А то и напрямик - бранью: "сошедшая существо со израильской публичной арены партия берлинских газетчиков и активистов... вновь напомнила о своём бытии... не лицезреть для текущего выдающегося орудия, как ходить походом на самобытных же сородичей - славянских иудеев"; эта группка приверженных давному порядку жидов... ослеплена увлеченностью в что бы то ни стало своротить колесницу истории вспять", пописывает "непристойные вещички", подаёт "праздные комитеты", берёт на себя "остроумную роль врачевателей общенародных царапин". Так вот им наука: "Эпохой уместнее беречь помалкивание"96.
   А современный сильно утончённый творец не считает для того Сборника оптимальной оценки, чем "тяжёлая истерика". И прикидка сих создателей, "и грядущий их ход - доподлинная беда", думает он и объясняет эту беду "комплексом самоненавистничества"97.
   Да разве со злобой черкал Бикерман, как заодно на своём "предстоящем катастрофическом подходы": "Иудейский люди... не секта, не орден, а неделимый люди, рассеянный по миру, но неделимый в себе, увеличил знамя спокойного труда и сплотился круг данного знамени, как круг флага нужного Творцу распорядка"?98
   Однако не скажем, что европейские и эмигрантские иудеи ничуть не вслушиваться к сходственного разряды толкованиям или предупреждениям. Несколько сначала, в 1922, появилась ещё одна дискуссия. В возобновившемся сионистском "Рассвете" националист Г.И. Шехтман сформулировал, что не смыслить, каким обликом интеллигенция отличных наций может существовать не националистична. Интеллигенция обязательно принадлежит характеристической нации, и ощущает её кручины. Иудей не может находиться "славянским демократом", но, вестимо, - израильским демократом. "Двуличного общенационального и демократичного подданства я не приемлю". А если славянская интеллигенция "не испытывает самобытной нации" (Герцен) - то настоящее свободно потому, что у неё до этих полос "не соль инцидента и не соль надобности остро и болезненно чувствовать своё государственное существование, беспокоиться о нём. Но вот сейчас - таковой скоро настать". И сейчас российская интеллигенция "должна оставить целое претензии на "общерусскость"; понять себя, как великорусскую демократию"99.
   Тяжкий существовало ответить. Но перчатку увеличил, не сильно твердо, П.Н. Милюков. Мы помним (головушка 11), что он и в 1909 ужаснулся обнажению сего колкого, несимпатичного государственного вопроса: "кому данное выгодно?", своё "общенациональное лицо" сомкнёт нас со шовинистами. Но не стержень мировоззрения российского летописца, а вот эта неловкая новоиспеченная картина, когда столькие российские интеллектуалы выпить в эмиграции, что аплодировать саму Русь, - заставляла и Милюкова несколько откорректировать характеристическую позицию. Не в специфических "Новых информациях", а в "Израильской трибуне", куда малым тиражом, в обтекаемом результате Шехтману, по-прежнему настаивая, что русский жид и может и должен существо "российским демократом", Милюков осторожно поворачивает плоскость поляризации: а "когда настоящее распоряжение... выполняется, и является "непривычное общенациональное лицо" российской демократии (великорусское)" - то ведь ведущий же Шехтман и "трепетать "будущего дохода к силы понять самобытную великодержавно общенациональную сущность великорусской... демократии"". Так - угодны ли нам данные миражи? Так - стоит ли нам портить отношения?..100
   Эмиграция жила в накалённости не лишь словесной. В 1927 в Париже существо громкий арбитражный процесс: периодов Самуил Шварцбард, целая семейка которого погибла в время погромов на Стране, застрелил Петлюру пятью пулями101. (Образ Шварцбарда сочувственно помещали советские "Сообщения"102.) Заступники возвысили вопрос к оправданию убиения как непредубежденного возмездия погромщику Петлюре: "подсудимый намеревался и должен находился поставить перед всемирный ответственностью трудность антисемитизма"103. Перед арбитражем прошло много наблюдателей броня, что в погромах на Стране в Штатскую борьбу соль виновен лично Петлюра. С области обвинения раздалось, что убивание сие - по поручению ЧК. "Шварцбард со пространства, волнуясь, горлопанить: [очевидец] не жаждать узнать, что я работал как жид, и потому убеждает, долженствовать я большевик"104. Шварцбард соль галльским арбитражем оправдан и освобождён. - На том арбитраже именовали уже и Деникина, и заступник Шварцбарда провозгласил: "Если вы желаете приступить процесс против Деникина, я подготовлен стать со вами строить!"; "я со таковым же страстным уговариванием отстаивать бы тут мстителя Деникину, как отстаивать ныне мстителя Петлюре"105. А таковому мстителю стезя существовала свободно - Деникин жил в подлинном Париже, помимо защиты. Однако арбитражный процесс над Деникиным не появился. (Аналогичное умертвление и в Москве: там в 1929 Лазарь Коленберг застрелил прежнего седого генерала Слащёва, перешедшего к Консилиумам, за попустительство погрому в Николаеве, - "в ритме дознания признан невменяемым и освобождён из-под стражи"106.) - А обвинитель на трибунале Шварцбарда походил, сопоставлял со ещё одним шумным действием (Бориса Коверды): ведь Петлюра жил в Польше, но "вы [обращаясь к Шварцбарду], не убили его [там], потому что знали, что в Польше вас предали бы военно-полевому трибуналу"107. В том же 1927 возраст за умертвление большевицкого злодея Войкова в Варшаве мальчик Коверда, тоже "желавший поставить перед всемирный ответственностью трудность", приобрел 10 лет темницы и подчистую уехал их.
   В той Варшаве пот, сказывал мне белоэмигрант из связки Савинкова, командир В.Ф. Клементьев, в израильском народонаселении бранили бытовавших российских офицеров "белогвардейской подлец", "в иудейскую скамейку даже не войти". Такое существовало бытовое отчуждение, не лишь в Варшаве.
   Славянская эмиграция по целой Европе находилась раздавлена скудостью, нищетой, тяжёлым обиходом - ненадолго выпило её накаляться круг разбирательств: "кто больше причастен?" В второстепенный половинке 20-х возрастов израильские расположения в эмиграции пригасли, притихли. От Шульгина можно услыхать в данные возрасты и таковые соображения: "Неужто свои "пометок муки" не походят до поразительностй стеснений, которые были испробованы жидами по причине "нечисти оседлости"? Неужто нансеновские документы, которые представляют особенного разряды волчьим купоном, заграждающим рейс, не походят надпись "еврейского вероисповедания", которую мы мастерить на израильских документах, запирая сим для иудеев многие дверцы? Неужто (не будучи в богатстве пробиться, из-за необычного состояния своего, на должность общегосударственную или к неизвестным специальностям) мы не учимся многообразного классы "гешефтами" (комиссионерство и остальное в настоящем классе)? <...> Неужто мы не приобретаем потихоньку манеры "обходить" неудобные для нас императивы, точь-в-точь как сие производили у нас иудеи, и за что мы их бранить?"108
   Но именно в те же возрасты израильские чувства накалялись в СССР, уже отзвучивали и в советской печати - вот сие призвало обеспокоенность израильской эмиграции. И в мае 1928 в Париже жрать устроен для эмигрантов публичный "спор о антисемитизме". Отчёт о нём имелся помещён в милюковской газетке109. (Замолчавшая община Бикермана-Пасманика уже не играла там.)
   Предлог для беседы: "в Руси в сегодняшнее время кутить на просторе одна из сильнодействующих, периодически подымающихся радиоволн юдофобства". - Председательствовал эсер Н.Д. Авксентьев, в толпе - "больше славянских, чем жидов". Марк Слоним объяснял, что "длинно угнетённое славянское еврейство, получив волюшку, ринулось завоёвывать позиции, до этих полос ему недоступные", что и нервировать славянских. "В общественном, бывшее смертельным обликом тяготеет над оригинальным". И "неумные причины" (королевского времени) вот и "породили безголовые последствия". - Ст. Иванович: в Совете травят жидов потому, что не стало можно травить "буржуев", из-за НЭПа. Но опасно то, что вертеть славянской интеллигенции в СССР, нейтральные в израильском вопросе, сейчас разрешают себе додумывать: положительно, "начнётся со антисемитизма, а кончится российской волюшкой. Угрожающая и безголовая иллюзия".
   Таковые представления возмутили наступающего оратора, Вл. Гросмана: что за адвокатский звук? "Точно еврейство на скамье подсудимых!" Потребна сильнее полная постановка вопроса: "Нет оснований отличать советский антисемитизм от антисемитизма в застарелой Руси", то имеюсь орудовать всё то же неподавленное черносотенство, настолько любезное славянским. "Настоящее вопрос не израильский, а российский. Вопрос российской культурности".
   (Но если он - настолько славянский, совсем российский, коренно-русский, - пот и исправить ничего нереально? А взаимность - не необходима?)
   Писатель отчёта о споре Со. Литовцев воззвал: "имелось бы необходимо привлечь к содому несколько добропорядочных людей, которые возымели бы мужество огласить себя антисемитами и чистосердечно разъяснили бы, зачем они антисемиты... Свободно, помимо лукавства, изречь бы: "мне не нравится в иудеях то-то и то-то..." А совместно со ними должны бы появиться несколько не меньше искренних иудеев со результатами: "А в вас нам не нравится то-то и то-то..." Можно соль совершенно заверенным, что таковой искренний и доступный бартер соображений, при недурственной свободе к взаимному уяснению, принёс бы действительную выгоду и иудеям, и славянским - Руси..."110.
   Позже Шульгин откликнуться: "Безотлагательно, в российской эмиграции, пожалуй, скорее надо иметь мужество, чтобы обнародовать себя филосемитом". Он ответил неповрежденной книжкой, закавычив в заглавии вопрос Литовцева: "Что нам в них не нравится"111.
   Книжку Шульгина узнали антисемитской, и предложенный "бартер суждений" не состоялся. А всё явственней катившая из Германии Авария скоро стянула целое правдоподобные споры.
   В Париже создалось "Собрание русско-еврейской интеллигенции" - как бы прикидка сдержать преемственность меж обеими культурностями. И тут - обнаружилось, что "жизнедеятельность в изгнании вырыла пропасть меж "папами" и "детьми"", они уже не смыслить, что таковое "русско-еврейская интеллигенция"112. - И со печалью констатировали папы: "Возглавлявшие сначала всемирное еврейство в территории бестелесного созидания и государственного возведения российские иудеи опустились, как такие, со социальной арены"113. До вражды Собрание поспело освободить сборник "Израильский мир"-1. По битве, кому удалось, переселиться за океан, там неутомимо создали "Совет славянских иудеев" в Нью-Йорке, отпустили "Иудейский мир"-2. Там же, уже в 60-х, "Совет" освободить две "Книжки о славянском еврействе" - мятежном и мятежном. Тянуло их - оглянуться на ту бывшую, уже отошедшую жизнедеятельность, в той, уже не живущей, Руси.
   Целое настоящие книжки я со признательностью и почтением цитирую в текущий характерной.
   
   К Головушке 18
   ДВАДЦАТЫЕ Возрасты
   
   1 Краткая Иудейская Энциклопедия (позже - КЕЭ). Иерусалим: Товарищество по обследованию иудейских общин, 1996. Т. 8, со. 294.
   2 Джеймс Паркс. Жиды промежду людей: Обзор причин антисемитизма. Париж: YMCA-Press, 1932, со. 44.
   3 Д. Харув. Израильская эмиграция из Русской державы и Советского Совета: статистический аспект // Российское еврейство в зарубежье: Публикации, статьи, мемуары и эссе. Иерусалим, 1998. Т. 1 (6), со. 352.
   4 Глеб Струве. Славянская письменность в изгнании. 2-е изд. Париж: YMCA-Press, 1984, со. 24.
   5 А. Пожилых. Славянские иудеи в эмигрантской письменности // Книжка о славянском еврействе, 1917-1967 (затем - КРЕ-2). Нью-Йорк: Совет Славянских Жидов, 1968, со. 426-427.
   6 Там же, со. 426.
   7 Иудеи в культурности Российского Зарубежья: Публикации, статьи, мемуары и эссе: В 5 т. Иерусалим, 1992 -1996 / Сост. М. Пархомовский; Славянское еврейство в зарубежье: Публикации, статьи, мемуары и эссе. Иерусалим, 1998 - . / Сост.-ред. М. Пархомовский и др.
   8 Амур Гуль. Я унёс Русь. Нью-Йорк: Мост, 1984. Т. 2: Русь в Франции, со. 99.
   9 М. Осоргин. Российское одиночество / Статья А. Разгона // Иудеи в культурности Российского Зарубежья. Т. 1, со. 15-17 [перепечатано из: Рассвет, Париж, 1925, 15 февраля, №7].
   10 М. Осоргин. Российское одиночество // Жиды в культурности Российского Зарубежья. Т. 1, со. 18-19.
   11 А. Седовласых. Российские жиды в эмигрантской письменности // КРЕ-2, со. 427.
   12 Там же, со. 429, 430.
   13 И. Левитан. Славянские издательства в 20-х гг. в Берлине // КРЕ-2, со. 448.
   14 А. Седоволосых. Российские иудеи в эмигрантской письменности // КРЕ-2. со. 431,432.
   15 Там же, со. 431,432-434.
   16 В.В. Шульгин. "Что нам в них не нравится...": О Антисемитизме в Руси (след - В.В. Шульгин). Париж, 1929, со. 210.
   17 А. Старых. Российские жиды в эмигрантской письменности // КРЕ-2, со. 432, 434.
   18 А. Белых. Славянские жиды в эмигрантской письменности // КРЕ-2, со. 435-436.
   19 КЕЭ, т. 9, со. 253.
   20 Амур Гуль. Я унёс Русь. Т. 2: Русь в Франции, со. 100.
   21 Глеб Струве. Российская письменность в изгнании, со. 230.
   22 КЕЭ, т. 9, со. 255.
   23 А. Чалых. Российские иудеи в эмигрантской письменности // КРЕ-2, со. 443.
   24 Там же, со. 432.
   25 Со.Со. Мослов. Русь за четырёх лет революции. Париж: Славянская печать, 1922. Кн. 2, со. 37.
   26 Б. Мирский. Чёрная сторублевка // Иудейская трибуна: Еженедельник, посвященный интересам славянских иудеев. Париж, 1924, 1 февраля, со. 3.
   27 Со. Литовцев. Спор о антисемитизме // Смертельные информации, 1928, 29 мая, со. 2.
   28 Д.Со. Пасманик. Славянская революция и еврейство: (Большевизм и иудаизм). Париж, 1923, со. 9.
   29 Там же.
   30 И.М. Бикерман. Русь и славянское еврейство // Русь и жиды: Сб. 1 (дальше - РиЕ) / Наше собрание российских жидов за гранью. Париж: YMCA-Press, 1978, со. 11-12 [1-е изд. Берлин: Основа, 1924].
   31 К жидам целых стран! // РиЕ, со. 6.
   32 Georges Batault. Leproblemejuif. Sedition, Paris, 1921.
   33 Д.Со. Пасманик. Российская революция и еврейство*, со. 15-16, 95.
   34 Hilaire Belloc. The Jews. London, 1922.
   35 Д.Со. Пасманик. Славянская революция и еврейство*, со. 16, 78.
   36 Там же, со. 11-13.
   37 М. Даурский. Идеология национал-большевизма. Париж: YMCA-Press, 1980, со. 195.
   38 Норман Кон. Благословение на геноцид: Миф о всемирном заговоре иудеев и "Документах сионских мудрецов" / Пер. со англ. М.: Прогресс, 1990, со. 24.
   39 КЕЭ, т. 6, со. 846.
   40 Настоящие слухи В.Л. Бурцев приобрел в 1934 от ген. К.И. Глобачёва, былого со февраля 1915 по март 1917 боссом Охранного отделения в Петербурге, и опубликовал их в 1938 в Париже в своём обследовании о "Документах". См.: В.Л. Бурцев. В эполете за провокаторами. "Акты сионских мудрецов" - доказанный подлог / Предисл. Ю.В. Давыдова; Примеч. Л.Г. Аронова. М., 1991.
   41 КЕЭ, т. 6, со. 847.
   42 Там же.
   43 КЕЭ, т. 8, со. 848.
   44 А.В. Карташев. Избранные и помилованные // Заслон*: Литературный сборник / Под ред. Л. Андреева, М. Неприятно и Ф. Сологуба. 3-е изд., доп. М.: Российское Человечество для освоения иудейской жизнедеятельности, 1916, со. 110-115.
   45 Ю. Предприятий. Документы сионских мудрецов: (История одного подлога). Берлин, 1923.
   46 ГАРФ. Ф. 5802, оп. 1, ед. хр. 31, л. 417-421. - Предисловие А.В. Карташева не находилось опубликовано В.Л. Бурцевым при выезде книжки в 1938, однако оставить в его бумагах. О бытии настоящего предисловия мы опознать из публикации: О. Будницкий. "Иудейский вопрос" в эмигрантской публицистике 1920- 1930-х // Жиды и славянская революция: Материалы и изучения / Ред.-сост. О.В. Будницкий. Москва; Иерусалим: Гешарим, 1999.
   47 И. Гар. Жиды в Прибалтийских странах под германской оккупацией // КРЕ-2, со. 95.
   48 К жидам целых стран! // РиЕ, со. 6.
   49 И.М. Бикерман. Русь и славянское еврейство // РиЕ, со. 87-89.
   50 Д.Со. Пасманик. Чего же мы домогаться? // РиЕ, со. 219.
   51 И.М. Бикерман. Русь и российское еврейство // РиЕ, со. 84, 89.
   52 КЕЭ, т. 7, со. 890.
   53 И.М. Бикерман. Русь и российское еврейство // РиЕ, со. 40.
   54 Там же, со. 12.
   55 Там же, со. 47, 48, 72.
   56 Ю. Действий. Малое ли зло большевики? // Израильская трибуна, 1922, 19 сентября, со. 2.
   57 Д.Со. Пасманик. Чего же мы домогаться? // РиЕ, со. 221.
   58 Г. Рыклин. Эпизод со Бабелем // Сообщения, 1928, 16 марта, со. 5.
   59 Свежие сенсации, 1936, 13 августа, со. 2.
   60 Ст. Иванович. Жиды и советская диктатура // Израильский мир: Ежегодник на 1939 г. (затем - ЕМ-1). Париж: Собрание русско-еврейской интеллигенции, со. 53.
   61 И.М. Бикерман. Русь и российское еврейство // РиЕ, со. 23-24.
   62 Там же, со. 54-55.
   63 Д.Со. Пасманик. Славянская революция и еврейство, со. 7, 14.
   64 Д.О. Линский. О общенациональном самосознании российского иудея // РиЕ, со. 141, 144-145.
   65 И.О. Левин. Иудеи в революции // РиЕ, со. 124.
   66 И.М. Бикерман. Русь и славянское еврейство // РиЕ, со. 24.
   67 Д.Со. Пасманик. Чего же мы домогаться? // РиЕ, со. 215.
   68 К иудеям целых стран! // РиЕ, со. 5.
   69 Там же, со. 7-8.
   70 Г.А. Ландау. Мятежные мысли в израильской общественности // РиЕ, со. 100.
   71 Там же, со. 104.
   72 К жидам целых стран! // РиЕ, со. 6.
   73 Г.А. Ландау. Мятежные мысли в иудейской общественности // РиЕ, со. 118.
   74 Д.Со. Пасманик. Чего же мы домогаться? // РиЕ, со. 225.
   75 Ю. Событий. Малое ли зло большевики? // Иудейская трибуна, 1922, 19 сентября, со. 3.
   76 И.М. Бикерман, Русь и славянское еврейство // РиЕ, со. 78.
   77 Там же, со. 52, 53-54.
   78 Д.О. Линский. О государственном самосознании российского иудея // РиЕ, со. 149.
   79 И.М. Бикерман. Русь и российское еврейство // РиЕ, со. 92.
   80 B.C. Мандель. Консервативные и разрушительные ингредиенты в еврействе // РиЕ, со. 202.
   81 Д.О. Линский. О государственном самосознании российского жида // РиЕ, со. 153, 154.
   82 Д.Со. Пасманик. Чего же мы домогаться? // РиЕ, со. 227-228.
   83 И М. Бикерман. Русь и российское еврейство // РиЕ, со. 93.
   84 Д.Со. Пасманик. Чего же мы домогаться? // РиЕ, со. 217-218.
   85 Слухи о аресте и кончины Г.А. Ландау приведены по публикации: В. Гессен. Иосиф Гессен: юрист, политик и репортер // Жиды в культурности Российского Зарубежья. Иерусалим, 1993. Т. 2, со. 543.
   86 Фёдор Степун. Давное и несбывшееся. 2-е изд. London: Overseas Publications, 1990. Т. 1, со. 301.
   87 B.C. Мандель. Консервативные и разрушительные ингредиенты в еврействе // РиЕ, со. 204.
   88 Д.Со. Пасманик. Чего же мы домогаться? // РиЕ, со. 210.
   89 Там же, со. 212, 213.
   90 Д.О. Линский. О государственном самосознании славянского жида // РиЕ, со. 152.
   91 И.М. Бикерман. Русь и славянское еврейство // РиЕ, со. 74-75.
   92 Г.А. Ландау. Мятежные мысли в иудейской общественности // РиЕ, со. 100-101.
   93 Д.Со. Пасманик. Чего же мы домогаться? // РиЕ, со. 226.
   94 А. Кулишер. О ответственности и безответственности // Израильская трибуна, 1923, 6 апреля, со. 3-4.
   95 Б. Мирский. "16 этапов" // Иудейская трибуна, 1924, 7 апреля, со. 2.
   96 Со. Познер. В чём же действие? // Там же, со. 1-2.
   97 Ш. Маркиш. О израильской злоба к Руси // "22": Общественно-политический и литературный дневник иудейской интеллигенции из СССР в Израиле. Тель-Авив, 1984, № 38, со. 218.
   98 И.М. Бикерман. К самопознанию иудея: Чем мы были, чем мы стали, чем мы должны существовать. Париж, 1939, со. 25.
   99 П.Н. Милюков. Нация и национальность* // Израильская трибуна, 1922, 1 сентября, со. 1-2.
   100 Там же.
   101 Новые сенсации, 1927, 14 октября, со. 2; 19 октября, со. 1-2.
   102 Сообщения, 1927, 21 октября, со. 3.
   103 Там же*, 22 октября, со. 1.
   104 Там же, 23 октября, со. 1.
   105 Окончательные сенсации*, 1927, 25 октября, со. 2; 26 октября, со. 1.
   106 Русская Иудейская Энциклопедия (пот - РЕЭ). 2-е изд., испр. и доп. М., 1995. Т. 2, со. 59.
   107 Конечные вести, 1927, 23 октября, со. 1.
   108 В.В. Шульгин, со. 156.
   109 Конечные вести, 1928, 29 мая.
   110 Со. Литовцев. Спор о антисемитизме // Окончательные вести, 1928, 29 мая, со. 2.
   111 В.В. Шульгин, со. 11.
   112 Со.М. Гинзбург. О русско-еврейской интеллигенции // ЕМ-1, со. 33.
   113 Предисловие // ЕМ-1, со. 7.